Обогатился ли север за счет победы над Южными штатами?

Исчезновение главного «капитала» Юга: До войны самым ценным ликвидным имуществом южан были рабы (оценивавшиеся астрономическую по тем временам сумму в $3 млрд). С отменой рабства этот «актив» просто перестал существовать для плантаторов, его нельзя было купить или продать. 

Обесценивание и разрушение инфраструктуры: Плантации были разорены, железные дороги уничтожены, а города (такие как Атланта и Ричмонд) сожжены. Ценность представляла только земля, но без рабочей силы ее доходность резко упала. Э

Банкротство финансовой системы: Все облигации и валюта Конфедерации полностью обесценились. Долги Юга были аннулированы 14-й поправкой к Конституции США

«Саквояжники (Carpetbaggers)- так южане презрительно называли выходцев с Севера, которые приезжали в побежденные штаты с легким багажом (дорожными сумками из ковровой ткани), надеясь нажиться на чужой беде.

Большинство «саквояжников» были мелкими авантюристами, бывшими солдатами Союза или чиновниками. Масштабного перераспределения южной земли в пользу крупных северных магнатов не произошло — южная плантаторская элита, хоть и обеднела, в течение одного-двух поколений вернула контроль над большей частью своих земель через систему долины (шерифства/кропперства).

После отмены рабства плантаторы Юга остались с землей, но без денег на зарплаты и без бесплатной рабочей силы. 

  В апреле 1865 президента Авраама Линкольна убивают. Пост президента США занимает его вице-президент — Эндрю Джонсон, южанин по происхождению.

Он объявляет всеобщую амнистию для бывших плантаторов-конфедератов, если они присягнут на верность США.

Он издает указ, по которому вся конфискованная земля должна быть возвращена её прежним белым владельцам

Бывшие рабы (вольноотпущенники) получили свободу, но не получили ни земли, ни подъемного капитала.

Плантаторы начали делить свои огромные угодья на мелкие участки (обычно по 30–50 акров) и сдавать их в аренду семьям кропперов на следующих условиях:

• Вместо денег — доля: Кроппер не платил фиксированную аренду деньгами. Вместо этого он обязывался отдать хозяину земли от 50% до 70% выращенного урожая (обычно хлопка или табака).

• Ссуда под урожай (Crop Lien): Чтобы прожить до осени, купить семена, инструменты и еду, кроппер брал кредит в местном магазине. Этот магазин почти всегда принадлежал самому плантатору или его бизнес-партнеру. Залогом под этот кредит выступал будущий урожай.

Губернаторами, главами казначейств и распорядителями госимущества почти всегда оставались белые северяне («саквояжники») или лояльные Союзу белые южане («скалаваги»). Военным южных штатов запрещалась гос карьера.

правительства Реконструкции, наоборот, резко подняли налоги на землю. До войны плантаторы почти не платили налогов. Новым властям потребовались огромные деньги, чтобы с нуля построить то, чего на Юге никогда не было: системы бесплатных государственных школ, больницы, приюты и разрушенные войной дороги. Плантаторы, не привыкшие платить налоги и разоренные войной, не могли их потянуть, теряли земли- вспоминаем поместье Тара и Скарлет Охара в Унесенные Ветром

Когда государственные или конфискованные земли выставлялись на аукционы за неуплату налогов, их скупали Северные синдикаты и спекулянты, скупавшие лесные угодья и шахты (особенно во Флориде, Алабаме и Миссисипи)

  работы профессора Принстонского университета Лии Бустан доказали: старые династии вернули себе богатство и статус поразительно быстро — всего за 1-2 поколения. 

Даже будучи временно «без наличных денег», южные династии сохранили глубокие родственные и дружеские связи.

• Доступ к кредитам: Если условному Эшли Уилксу из романа банк не давал кредит, то реальные банкиры Юга охотно ссужали деньги под честное имя старинных родов, чьих дедов они знали лично.

• Выгодные браки: Сыновья обедневших плантаторов массово женились на дочерях тех южан, кто успел перевести капиталы в северные банки до войны, либо на дочерях богатых купцов, объединяя связи и новые деньги.

Говоря об обогащении Запада на распаде ссср брать было особо нечего