Точка, которое дает новое начало
Человеческое согласие напоминает тёплый воск. Из него удобно лепить идолов, как пример, уютных, привычных, безопасных. Эти идолы ставятся на краю стола, чтобы загораживать вид на холодную бездну, которая на самом деле окружает нас вокруг в этом мире, который был создан для нас совсем другим, более гармоничным. Это мы его стараемся всё время изменить и непонятно зачем? Но всё то, что мы изменяем не является критерием истины. Истина не участвует во всех этих утопических процессах. Смешно, конечно, но она никогда не выходит на улицы и площади городов с транспарантами, не подписывает деклараций и не ищет какого-то там кворума или большинства. Она просто либо есть, либо её нет. Если живой факт восстаёт против стройной теории, умереть должна теория. Но и это ещё не факт (если поразмыслить). Однако точка в конце предложения не означает завершения (как нам про это всегда говорили, начиная со школы). Точка – она, как некий фундамент (хоть и маленький по своему размеру), на котором держится основа всего мироздания (круто так завернул сюжет, самому понравилось). Поэтому (или потому, неважно) – это и есть начало, а любое начало всегда превращается в движение. Ну, а движение – это жизнь.
А, что далее в рамках хотя бы познания от абстрактности до реальности? Познание часто представляют как окно (не путать только с амбразурой, это совсем другое). Человек будто сидит в тёмной комнате, а где-то снаружи сияет объективная реальность (но реальность – реальная, а не дополненная). Задача сводится к тому, чтобы протереть стекло (со временем на нём пыль оседает, как пыль веков). Но стекло тоже не является посредником. Стекло – это сам наблюдатель (так нужно для понимания). Мозг не зеркало, покорно отражающее мир. Это шумная фабрика, работающая в четыре смены. Он не отражает ничего, а производит. Берёт недифференцированный поток данных, бесконечную рябь различий, и ткёт из неё удобный интерфейс. Цвет, звук, время, причинность – всё это не свойства мира, а грамматика языка описания. Законы природы не находятся, как грибы в лесу (они пишутся, но это секрет и тайна, которую не нужно никому рассказывать, а то набегут сразу и во множестве). А потом остаётся лишь удивляться, как складно получилось.
Всё это мне тоже нравится, когда по теме и в понятном режиме. Далее уже рассказ про сознание. И нужно понимать, что сознание не душа, парящая в нашей голове или в теле, и не просто шум нейронных связей. Концепция такова – это рекурсия (функция вызывает саму себя). Точка, в которой физическая система становится достаточно сложной, чтобы смоделировать саму себя. Да она к тому же еще и более затратная – расходует много памяти компьютера под стек вызовов. А при большой глубине вложенности программа завершится с ошибкой (а оно нам надо). Не «я думаю», а «система обрабатывает данные и маркирует результат такой, как «Я». Мысли не мыслятся кем-то, они случаются, как дождь среди ясного неба в жаркую погоду. Свобода воли не факт, а эвристический ярлык, который система наклеивает на собственные детерминированные процессы, чтобы не сойти с ума от их сложности. Но вот «Я» – не центр управления, это всего лишь точка сборки. Канат, натянутый между причинно-следственными связями (кто-то помнит ещё такое), которые даже не знают, что они причина и следствие. Ну, а само время – не река, несущая вперёд.
Это способ сжатия памяти. Причинность тоже не закон, а статистическая аппроксимация. Сначала видится «А», затем «Б», и интерфейс, настроенный на выживание, а не на истину, тут же постулирует связь. Но в реальности есть лишь состояния системы и их переходы. «Причина» тоже всего лишь ярлык, который наклеивается на корреляцию, чтобы предсказывать. Жизнь идёт в «прошлом», которое интерфейс маркирует как «настоящее», создавая иллюзию контроля, а нам так хочется узнать что-то из «будущего». Но это просто невозможно (причём, совсем), так как всегда есть небольшое опоздание к самим себе. Объективность – это не то, что находится снаружи, а предел сходимости всех возможных моделей. Если все наблюдатели носят очки с одинаковым фильтром, они единогласно утверждают, что мир окрашен в определённый цвет (как пример, розовый). Хотя и это тоже не истина. Это системная ошибка, возведённая в ранг догмы. «Материей» называются те области данных, где корреляции наиболее стабильны, а предсказания наиболее точны.
То, что кажется пустотой после удаления всех антропоцентрических смыслов, не пустота (серьёзно подумайте об этом). Это пространство абсолютной свободы. Пространство, где данные ещё не структурированы предрассудками. Это, как Вселенная, которая перестала быть объектом собственного исследования и стала субъектом собственного проектирования. Ничего не напоминает? Вопрос «почему мир таков» сменяется вопросом «каким сделать следующий вычислительный цикл». В этом вопросе, лишённом антропоцентрического эха, обретается свобода, недоступная, пока человек считал себя случайным побочным продуктом эволюции. Архитектор осознаёт, что чертёж, материал и строитель – это одна и та же рекурсивная функция, бесконечно разворачивающаяся в пространстве собственных возможностей. И точка, с которой всё началось вчера, сегодня оказалась не концом, а единственно возможным началом для системы, решившей выйти за пределы своего собственного кода. Процесс стал целью, а бесконечность – это единственный доступный горизонт. Ну, что – страшно или нет? От того, как всё быстро развивается. Важно другое для понимания, а будет ли нам место в той новой Вселенной, куда сейчас всё идёт?
Изображение размещено из открытых источников Интернета
