#гонзотрейдер — посты и обсуждения

В «Свече и Маржинколле» сегодня появился новый посетитель.

Я заметил его сразу.

Мужик сидел у стойки, каждые двадцать секунд смотрел в телефон и тяжело вздыхал.

— Что случилось?

— Ничего.

Через двадцать секунд:

— Вообще ничего.

— Так это хорошо.

Он посмотрел на меня как на идиота.

— Хорошо?! Я уже час инвестирую.

Я поставил стакан.

— И?

— Где рост?

Вот тут я понял: передо мной настоящий человек Пульса.

Не какой-нибудь скучный пенсионный инвестор, который покупает $SBER двадцать лет и радуется дивидендам.

Нет.

Передо мной был Инвестор На Час.

Он вошёл в $IMOEXF около десяти утра и к одиннадцати уже начал подозревать мошенничество.

— Нафига я сюда проинвестировал? Уже час нормального роста нет!

С другого конца стойки засмеялся старик.

Перед ним лежал блокнот.

— Чего смешного?

— Ничего.

— Сам давно инвестируешь?

— Лет двадцать пять планирую.

Инвестор На Час медленно повернулся.

— Чего?!

— Цель 80 миллионов.

— Когда?

— Через двадцать пять лет.

— Ты больной?

Старик пожал плечами.

— Возможно.

Они посмотрели друг на друга.

Два инвестора.

У одного горизонт — четверть века.

У другого скоро обед.

На телевизоре $IMOEXF полез вверх.

Из угла немедленно:

— Памп на воздухе!

Это проснулся Медведь Среди Зелени.

Он вообще не доверял росту.

Рост для него всегда был преступлением, просто прокуратура пока не разобралась.

— Сколько же тут шорта набилось, — сказал кто-то.

— Уже холодно, замёрзнете в шортах!

Бар заржал.

Медведь даже не повернулся.

— Смейтесь. Сначала шортунов подстригут, потом с лангустов шкурку снимут.

Все притихли.

Даже Инвестор На Час перестал обновлять приложение.

— А я кто?

— Пока никто.

— В смысле?

— Через час узнаем.

У двери сидел владелец $GAZP.

Мрачный.

— Ты чего?

Он показал телефон.

— Индекс идёт, а этот…

Посмотрел на $GAZP с такой обидой, будто сын опять принёс двойку.

— Стыд какой-то. Недавно 98+ был.

Вот это мне нравится в русском инвесторе.

Бумага ему уже не финансовый инструмент.

Она родственник.

Её можно стыдиться.

— Газпромыч, ну что люди скажут?

Рядом оживился $T.

Вернее, его держатель.

— Ракета!

— Почему?

— Дед.

— Какой дед?

— Старый.

Из-за соседнего стола:

— Он и в $AFLT сегодня развлекается.

Я перестал спрашивать.

В Пульсе иногда появляются персонажи, существование которых никто не может доказать, но все знают их расписание.

Кукл.

Дед.

Крупняк.

Они двигают рынок, снимают стопы и лично следят, чтобы именно твоя позиция не заработала.

Ближе к полудню вошёл человек со стопом.

— Водки.

— Что случилось?

— Отстопило в лонге доллара.

— Соболезную.

— Да нормально.

— Домой?

— Ты чего? Перезайду.

Вот за это я люблю лудоманов.

Обычного человека дверь ударила по лбу — он отойдёт.

Трейдер поправит волосы и скажет:

— Сейчас попробую под другим углом.

На телевизоре снова дёрнулся $IMOEXF.

Инвестор На Час вскочил:

— ПОШЛО!

Старик с горизонтом двадцать пять лет даже головы не поднял.

— Сколько?

— Плюс ноль три!

— Поздравляю.

— Я говорил!

И тут я понял главное.

На бирже время измеряется не часами.

Один человек способен ждать двадцать пять лет.

Другой не выдерживает шестидесяти минут.

Но стоит зелёной свече появиться на экране — оба на секунду становятся одинаковыми.

Просто один уже научился не орать.

Я налил себе кофе.

На улице было холодное октябрьское утро.

В баре спорили про $IMOEXF, ругали $GAZP, искали деда между $T и $AFLT и обсуждали, кому сегодня первому снимут шкурку.

А Инвестор На Час снова уткнулся в телефон.

Прошло семь минут.

Он нахмурился:

— Чё опять стоим?

Я посмотрел на часы.

И подумал:

тяжёлая всё-таки работа — долгосрочные инвестиции.

Особенно до обеда.

#гонзотрейдер

В «Свече и Маржинколле» сегодня было тревожно.

Не страшно.

Страшно — это когда уже маржин-колл.

А тревожно — когда деньги ещё твои, но новости начинают интересоваться ими слишком пристально.

Первым пришёл Облигационер.

Я его давно знаю. Раньше входил уверенно, заказывал коньяк и говорил:

— Купон капает.

Сегодня вошёл боком.

— Олег, у тебя государство кого-нибудь спасает?

— В каком смысле?

— В прямом. Тут Полипласт системообразующий.

— Поздравляю.

— Чего поздравляешь?

— Полипласт.

— А меня?

— А ты системообразующий?

Он задумался.

— Нет.

— Тогда пиво?

— Двойное.

Рядом уже сидел Казино-Фаталист.

— Дефолт? Ха! Кабутта в казино сходил.

Облигационер повернулся:

— Мне страшно.

— Не нервируй народ.

— Я и есть народ.

— Тогда не нервируй себя.

Сильный человек.

Особенно когда облигации чужие.

Следом пришёл Дивидендный Оптимист.

— Мне светлого. $DOMRF скоро годовым отчётом обрадует.

За ним вошёл Недоверчивый.

— Не обрадует.

— Почему?

— Хотят выйти перед пике.

— Кто?

— Они.

— Кто «они»?

Недоверчивый посмотрел на него как на ребёнка.

— Если бы я знал, кто «они», я бы сейчас не с тобой пил.

Над стойкой показывали $DOMRF. Кто-то обещал ему потенциал больше сорока процентов.

Оптимист поднял бокал:

— Ну вот!

Недоверчивый поднял свой:

— Вот поэтому и страшно.

Чокнулись.

На телевизоре появилась $NVDA.

Исторический максимум.

Из дальнего угла немедленно:

— Скоро исторический минимум!

Там сидел Пророк Падения.

У этих людей удивительный дар.

Когда бумага падает:

— Я предупреждал.

Когда растёт:

— Тем больнее будет падать.

Победить такого невозможно.

Даже если $NVDA купит Луну, он спросит:

— А прибыль где?

Кто-то у стойки посмотрел на экран:

— Нам что с этого?

И бар неожиданно замолчал.

Действительно.

Где-то $NVDA обновляет исторический максимум.

Где-то богатые становятся ещё богаче.

А здесь Облигационер сидит над пивом и пытается понять, спасёт ли государство сначала завод, потом облигации, а потом, если останется время, его самого.

— Ничего, — сказал я. — Нам с этого ничего.

— Тогда переключи.

Переключили.

Brent ниже ста.

Сразу ожили держатели $ROSN и $LKOH.

— Будут нашу нефтянку давить тепереч.

В углу владелец $GAZP хотел что-то сказать про газ, но ему велели не начинать.

Переключили ещё.

$IMOEXF попрыгал туда-сюда.

— Полный бред.

Вот тут бар оживился.

Наконец новость, которую понимали все.

Последним пришёл Осторожный.

Положил на стойку толстую пачку распечаток.

— Я Полипласт разобрал.

— И?

— Долг. Рефинансирование. Купоны. Риски серьёзные. Системообразующий статус держателю ничего не гарантирует.

— Разумно.

— Отчётность надо ждать.

— Правильно.

— Государство если и спасёт предприятие, не факт, что спасёт облигационера.

Я смотрел на него с уважением.

Вот он.

Взрослый человек.

Разум победил.

Лудоман внутри наконец умер.

— И что сделал?

Осторожный отвёл глаза.

— Немного купил.

Бар рухнул.

Облигационер заржал первым.

Казино-Фаталист бил ладонью по стойке.

Даже Пророк Падения поднял бокал:

— Наш человек!

Я налил Осторожному за счёт заведения.

Потому что в этих двух словах — немного купил — было больше правды про Пульс, чем во всей аналитике за неделю.

Мы можем бояться.

Читать отчётность.

Считать риски.

Следить за $DOMRF, $NVDA, $IMOEXF, $ROSN, $LKOH и $GAZP.

Писать друг другу:

— Страшно, очень страшно.

А потом всё равно тихонько нажать кнопку.

Немного.

Чтобы если упадёт — не больно.

А если вырастет — можно было написать:

— Я же говорил.

И самое прекрасное: пока мы спасали долговой рынок, нефть, Nvidia и собственные депозиты, пост про новые картины в офис собрал больше реакций, чем почти вся эта финансовая трагедия.

Я посмотрел на бар.

— Мужики, может, картины обсудим?

Облигационер поднял голову:

— Какие?

— Красивые.

— Доходность какая?

Вот поэтому я вас и люблю.

#гонзотрейдер

Первого октября рынок закрылся, но никто не расходился.

Осень снаружи уже вовсю занималась своим ремеслом: мочила асфальт, срывала листья и напоминала человеку, что лето опять потрачено неизвестно на что.

В «Свече и Маржинколле» пахло кофе, пивом и чужими убытками.

Я стоял за стойкой.

— Сегодня рассаживаемся парами, — сказал я. — Самый зелёный с самым красным. И никаких драк.

$T, прибавивший за день 3,69%, поправил пиджак.

— А чего сразу драк?

— Потому что ты сегодня слишком довольный.

Напротив него сидел $CBOM.

Минус 2,74%.

По лицу было видно: комплименты сегодня будут специфические.

— Ну что, Тинёк, — начал $CBOM. — Красавец. Три шестьдесят девять. Ракета. Народный любимец.

— Спасибо.

— Чтоб ты подавился.

— Вот. Уже теплее.

$T поднял бокал:

— А я хочу выпить за тебя, брат. Ты сегодня сделал великое дело.

$CBOM насторожился.

— Какое?

— На твоём фоне я выгляжу ещё лучше.

— Сука.

Чокнулись.

Первая хвалебная ода состоялась.

Рядом устроились $AFLT и $CNRU.

Аэрофлот сиял.

+3,58%.

Вид у него был такой, будто он не акциями торговался, а лично посадил Airbus на Гудзон.

$CNRU сидел −1,49% и мрачно ковырял арахис.

— Знаешь, за что я тебя уважаю? — спросил $AFLT.

— Ну?

— Ты стабильный.

$CNRU перестал жевать.

— Это сейчас оскорбление было?

— Комплимент. Смотри на меня. Сегодня +3,58. Завтра инвесторы начнут кричать: «Полетели! Разворот! Новая жизнь!» А потом мне придётся что-нибудь с этим делать.

Он вздохнул.

— А ты сразу честно сказал людям: сегодня счастья не будет.

$CNRU подумал.

— Тоже верно.

Налил Аэрофлоту.

— Тогда и я скажу. Ты сегодня красивый.

— Спасибо.

— Как мужик после третьей рюмки, который ещё не понял, что завтра ему покажут видео.

Аэрофлот помрачнел.

— Хорошо сказал.

Чокнулись.

Третья пара была самая странная.

$OZON +3,34%.

$PLZL −0,70%.

Зелёный маркетплейс и красное золото.

$OZON заказал что-то дорогое.

$PLZL попросил воду.

— Ты чего воду? — удивился я.

— Я золото. Мне и так положено выглядеть дорого.

$OZON повернулся к нему:

— Старик, я тобой восхищаюсь.

— Почему?

— Ты буквально золото. Тебя человечество несколько тысяч лет прячет в подвалах, носит на шее, выкапывает из земли, снова закапывает. А сегодня я, интернет-магазин с пунктами выдачи возле «Пятёрочки», сделал тебя на четыре процента.

$PLZL долго смотрел на него.

Потом подозвал меня:

— Водку.

— Уже лучше.

Выпил.

— А знаешь, Озон, чем хорош ты?

— Чем?

— В тебя человек может зайти за носками и выйти с кофемашиной, шуруповёртом и кредитом.

— Ну.

— На бирже примерно так же.

Мы замолчали.

Сильная мысль.

Даже $CBOM перестал ругаться.

Над баром светилась тепловая карта.

Зелёное.

Красное.

Чуть серого.

Вся человеческая жизнь, если убрать лишние подробности.

За одним столом сегодня сидит победитель.

Напротив проигравший.

Но мы-то знаем главный фокус этого заведения.

Места не закреплены.

Завтра $T может сидеть с водой.

$CBOM заказывать шампанское.

$AFLT совершать аварийную посадку прямо в депозит.

А $PLZL снова объяснит всем, почему человечество три тысячи лет не зря любило жёлтый металл.

Поэтому ближе к полуночи я налил всем по одной.

— За что? — спросил $CNRU.

Я посмотрел на эту компанию.

— За временность.

— Это как?

— Очень просто. Сегодня ты гений. Завтра долбоёб. Главное — не успеть привыкнуть ни к одному состоянию.

Бар загудел.

— Хороший тост!

— Бармен, повтори!

— За временность!

Стаканы столкнулись.

За окном шёл октябрьский дождь.

А где-то дома человек открывал Пульс, смотрел на свои минус семь процентов и писал:

«В целом всё идёт по плану».

Вот его-то в баре сегодня и не хватало.

#гонзотрейдер

Дождь шёл с обеда.

Не ливень. Хуже. Мелкая сентябрьская морось, которая ничего не смывает, а только делает город похожим на человека после плохого торгового дня.

В «Свече и Маржинколле» было тепло.

Над стойкой висел огромный телевизор с тепловой картой. Красное, зелёное, опять красное. Рынок выглядел как салат, который приготовил психически нестабильный повар.

Сегодня за стойкой стоял я.

Протирал бокалы и ждал старых друзей.

Первым пришёл Усреднятор.

Зонт сломан. Куртка мокрая.

— Пива.

— Какого?

— Дешёвого.

Я посмотрел на него.

— Сентябрь?

— Усреднял.

Больше вопросов не было.

Следом появился СтопПереносович.

Сел рядом.

— Мне крепкого.

— Стоп был?

— Был.

— Где?

— Сначала 2200.

— Потом?

— 2170.

— А сейчас?

Он посмотрел в окно.

— Теперь я долгосрочный инвестор.

Усреднятор молча подвинул ему орешки.

Они поняли друг друга.

Дверь снова открылась.

Вошёл Шортист.

Сухой. Улыбается.

Вот кого сегодня сразу невзлюбили.

— Мужики!

Тишина.

— Чего кислые? Я сентябрь нормально взял.

Усреднятор поднял голову:

— Сколько?

Шортист назвал сумму.

В баре стало ещё тише.

Где-то капала вода с зонта.

— Повтори, — попросил СтопПереносович.

Шортист повторил.

— Олег, — сказал Усреднятор, — налей ему самого дорогого.

Шортист просиял.

— За мой счёт, что ли?

— Нет. За твой. Нам просто приятно, когда у тебя деньги кончаются.

Тут дверь распахнулась и вошёл Плечевик.

Его знали все.

Плечевик никогда не входил просто на свои.

Ему было скучно.

Если пропасть — то вместе с брокером.

— Что сегодня?

— Воду.

Все повернулись.

— Тебе?!

— Маржин-колл был.

— Тогда бесплатно.

Я поставил стакан.

Плечевик выпил воду залпом.

— Ещё.

— Воды?

— Да.

Вот что рынок делает с людьми.

Постепенно бар наполнялся.

Пришёл Теханализыч с телефоном.

— Я вам сейчас покажу.

— Не надо.

— Тут канал.

— Убери.

— Смотрите: вот сопротивление...

— Теханализыч, мы выпить пришли.

— А вот здесь голова и плечи.

Плечевик вздрогнул:

— Какие ещё плечи?!

Его успокоили.

В углу сидел Фундаментал.

Этот переживал убытки достойно.

— Компания хорошая.

— Минус сколько?

— Неважно.

— Сколько?

— Сорок семь процентов.

— Охренеть какая хорошая.

Фундаментал обиделся:

— Вы ничего не понимаете. Бизнес растёт.

— А акция?

— Акция пока не знает.

Под общий хохот вошёл самый страшный человек Пульса.

ЯЖГоворил.

Он не снимал пальто.

Просто остановился у двери и произнёс:

— Ну что?

Бар застонал.

— Я же говорил.

— Пошёл отсюда.

— Я ещё две недели назад написал...

— Дверь там.

— ...что этот сценарий наиболее вероятен.

В него полетел орешек.

Потом второй.

ЯЖГоворил сел довольный.

Ему налили.

В Пульсе таких нельзя победить.

Рынок может пойти вверх, вниз или боком — к вечеру выяснится, что именно это он и имел в виду.

Ближе к девяти пришёл тихий мужик.

Никто его сначала не узнал.

Сел с краю.

— Что налить?

— Пива.

— Как сентябрь?

Он пожал плечами.

— Нормально.

— Заработал?

— Немного.

— Потерял?

— Немного.

Бар притих.

На него смотрели как на инопланетянина.

— А что делал?

— Стопы ставил. Размер позиции считал. Если входа не видел — не входил.

Шортист поперхнулся.

Плечевик перекрестился.

Усреднятор прошептал:

— Больной какой-то.

Мы отсадили его подальше.

Мало ли заразное.

На телевизоре тепловая карта продолжала переливаться.

У кого-то сентябрь вытряхнул последнее.

Кому-то насыпал столько, что тот уже выбирал себе новую машину, не закрыв позицию.

Кто-то весь месяц ждал точку входа.

А кто-то вошёл двадцать семь раз и теперь тоже ждал.

Только зарплату.

Я смотрел на них из-за стойки.

Мокрые куртки.

Телефоны рядом с бокалами.

Орешки.

Красные глаза.

И подумал: какие же мы всё-таки разные.

Шортисты.

Лонгусты.

Усредняторы.

Фундаменталисты.

Плечевики.

Те, кто заработал.

Те, кто опять получил по морде.

Но есть одна вещь, которая делает нас роднёй.

В какой-то момент каждый обязательно посмотрит на телевизор и скажет:

— Блядь… надо было заходить.

Бар загудел.

Я пошёл менять кег.

Дождь барабанил по стеклу.

Рынок ещё торговался.

А значит, домой никто особенно не торопился.

#гонзотрейдер

Вася бросил работу курьером во вторник.

Работа была хорошая.

Доходная.

Настолько доходная, насколько вообще может быть доходной работа, где ты восемь часов носишь чужую еду людям, которые открывают дверь в трусах и говорят:

— А чего так долго?

Но Вася посчитал.

Если за восемь часов на велосипеде он зарабатывает столько, то сколько можно заработать за восемь часов сидя?

Математика была железная.

В среду Вася стал трейдером.

Он снимал комнату в старой коммуналке.

В коридоре пахло варёной картошкой, кошачьим лотком и чьей-то вечной жареной мойвой. На кухне стоял стол, покрытый клеёнкой с лимонами. Лимоны за годы пожелтели до цвета старых зубов.

За стенкой жил дядя Коля.

Дядя Коля кашлял так, будто каждое утро пытался выйти из собственного организма.

Вася всё это терпел.

Потому что скоро должен был стать богатым.

Весь капитал он перевёл на спекулятивный счёт.

Весь — это важно.

У настоящего начинающего трейдера не бывает денег отдельно на жизнь и отдельно на торговлю.

Это трусость.

У него есть депозит.

Вася сел перед монитором.

На мониторе был $IMOEX.

График куда-то шёл.

Вася не понимал куда.

Иногда вверх.

Иногда вниз.

Иногда, как ему казалось, специально.

Он посмотрел несколько роликов про трейдинг и уже знал слова «ликвидность», «импульс», «ложный пробой».

Смысла слов пока не знал.

Но произносил уверенно.

— Тут ликвидность снимают, — сказал Вася.

Из-за стены ответил дядя Коля:

— Тамара! Кто у нас воду опять отключил?!

Вася ждал позицию.

Час.

Два.

Рынок болтался возле нуля с видом сантехника, который пришёл чинить кран и сам пока не знает, что делать.

Глаза начали слипаться.

Вася положил голову на руку.

И уснул.

И приснилось ему чудо.

Он нашёл Грааль.

Не золотую чашу.

Лучше.

Кнопку.

Вася нажимал «Купить» — рынок рос.

Закрывал — ровно вершина.

Шортил — падало.

Откупал — дно.

Чисто.

Красиво.

Ни одной сопли.

+12 000.

+48 000.

+170 000.

Вася смеялся.

— Я понял рынок!

Ещё кнопка.

+600 000.

— Мама!

Ещё.

+2 400 000.

Вася уже мысленно выселялся из коммуналки.

Покупал квартиру.

Машину.

Дядю Колю зачем-то тоже переселил. Видимо, деньги сделали Васю добрым.

И тут кнопка заела.

Щёлк.

Прибыль.

Щёлк.

Ещё.

Щёлк-щёлк-щёлк.

Деньги полезли на счёт, как пена из стиральной машины.

Десять миллионов.

Сто.

Миллиард.

— Хватит!

ЩЁЛК.

— Да хватит, говорю!

ЩЁЛК.

Васе стало душно.

Цифры заполнили монитор.

Полезли на стены.

Забили комнату до потолка.

Придавили шкаф.

Засыпали клеёнку с лимонами.

Вася начал задыхаться от денег.

— ЗАБЕРИТЕ!

И проснулся.

Мокрый.

Футболка прилипла к спине.

Сердце колотилось.

Монитор светился.

На графике ничего особенного не произошло.

Вася распахнул окно.

В комнату вошёл прохладный сентябрь.

Шум машин.

Сырой воздух.

Где-то хлопнула дверь подъезда.

Жизнь, оказывается, продолжалась и без его сделки.

Вася долго дышал.

Потом включил РБК.

Там серьёзные люди серьёзными голосами обсуждали рынок.

Ставки.

Нефть.

Рубль.

Ожидания инвесторов.

Вася слушал.

И постепенно понял, что ему нужно делать.

Он встал.

Надел куртку.

Взял рюкзак.

Телефон пискнул.

Новый заказ. 780 ₽.

Из кухни выглянул дядя Коля:

— Вась, ты куда? Ты ж теперь этот… брокер.

— Трейдер.

— Ну.

Вася застегнул куртку.

Посмотрел на терминал.

Там мигала кнопка «Купить».

Та самая.

— Позицию ждать.

— А рюкзак зачем?

Вася подумал.

— Чтобы голодным не ждать.

И ушёл.

На улице пахло мокрыми листьями, бензином и шаурмой из доставки.

Где-то открывалась Московская биржа.

Кто-то уже вставал в лонг.

Кто-то в шорт.

Кто-то нашёл Грааль.

Вася сел на велосипед и поехал везти человеку хинкали.

Депозит остался цел.

Для первого месяца профессионального трейдинга —

почти неприличная прибыль.

#гонзотрейдер